Украина. донбасс. шахта. шахтёры

Прошло уже практически два месяца с отечественной украинской экспедиции по Донбассу, в рамках которой мы проехали по самым, пожалуй, увлекательным и значимым экскурсионным (и не весьма) точкам Восточной Украины. Так что воспоминания об Артёмовске, Углегорске, Соледаре, Святогорске, Ровеньках и Горе уже порядком подстёрлись и побледнели. Но… Сейчас я желаю мало освежить воспоминания об данной поездке и о Донбассе в целом, поделившись с вами, в качестве маленького бонуса, короткими впечатлениями и фотографиями от визита не соляной (как в Соледаре), а настоящей, угольной шахты, которое произошло несколько лет тому назад.

На протяжении экспедиции по Восточной Украине мы в угольные шахты не спускались. И, слава Всевышнему! Потому это весьма страшно, грязно и страшно. Да и не пускают в том направлении. Так как, делать в том месте, на глубине около километра под землёй, нам — обычным людям с поверхности очень нечего. Другое дело — шахтёрам!

Эти, настоящие храбрецы кладовых преисподней выполняют в шахтах солидную часть собственной жизни, трудясь в, вправду, адских условиях, теряя здоровье от многочисленных травм и силикоза, каковые неизменно их сопровождают и… получая наряду с этим, в неспециализированном-то, несерьёзные для данной профессии деньги. Имеется довольно много тяжёлых и страшных работ, но по окончании визита одной из Донбасских шахт, я могу с уверенностью заявить, что профессия шахтёр — если не самая тяжёлая, то, по крайней мере, в тройке фаворитов этого перечня. Не смотря на то, что, хватит слов — смотрите всё сами:

В начале собственного рассказа, сходу хотелось бы оговорится, что посещаемая, на протяжении этого фотоотчёта, восточно-украинская шахта была не самая глубокая (большая глубина работ 1115 м) и, фактически, совсем не страшная в плане возможности взорваться — на Донбассе в некоторых угольных разработках, в отличие от того же Кузбасса, шахтного метана нет. А на представленных фотографиях вы заметите не проходчиков — самых известных представителей профессии, а бригаду монтажников, каковые занимаются ремонтом шахтного оборудования и обеспечением жизнедеятельности всех электрических совокупностей многокилометровых подземелий.

Не смотря на то, что и эти, простые на вид, парни несомненно, настоящие крутые мужики! Среди шахтёров вторых просто не бывает!

Шахты на Донбассе бывают разнообразные. В одни приходится спускаться на вертикальных лифтах. Другие, напротив, пологие. И в них сперва заходят, а позже съезжают вниз на особых шахтных поездах.

Инспектор контролирует шахтёров на предмет наличия самоспасателей и другого нужного оборудования. И дает разрешение на посадку.

Притом, в большинстве случаев, сейчас (момент посадки в поезд) происходит встреча сходу двух смен — одна выезжает на поверхность, вторая, напротив, лишь планирует спуститься.

А вот, фактически, и сам подземный сапсан.

Обратите внимание на угол наклона данной самодвижущейся конструкции — конкретно под таким углом и уходит нескончаемый тоннель в недра почвы.

Шахтёры выбирают любимые купе и плацкарты.

Занимают места в соответствии с приобретённым билетам.

И…

… отправились!

На конечной остановке все выходят. Вот она. Освящённая лишь не сильный фонариками коногонок.

А вот и сама выработка. Представьте, как тут работается людям! На карачках, в ограниченном пространстве, в духоте и жаре, с неизменно нависающей над тобой ненадёжной породой, которая при оседании пласта может эти ненадёжные подпорки.

Угольные пласты идут слоями. Имеется широкие слои — по паре метров. Имеется узкие — сантиметров в 50 либо чуть выше. В случае, если в первых возможно трудиться проходческим комбайном, то в последних лишь отбойным молотком и лишь вручную. Выше и ниже таких слоёв находится углесодержащая порода (отправляемая на углеобогатительный комбинат) либо легко порода, не содержащая ничего.

На Донбассе распространён уголь — весьма хороший, в плане качества уголь. Его добывают тут уже много лет. И как гласят легенды, именно на древесные крепи для антрацитных шахт, некогда был пущён целый местный лес, без которого сейчас практически вся Восточная Украина напоминает местами саванну, а местами кроме того обычную степь.

Но имеется в шахте и более свободные места — ветхие, укреплённые выработки, транспортировочные шурфы, технические площади и коридоры.

Заполненные всевозможным шахтным оборудованием.

Чего тут лишь нет. Тысячи километров кабелей, электроагрегаты различной мощности, высоковольтные силовые рукава под огромным напряжением, конденсаторы, трансформаторы.

И всю эту электротехнику необходимо чинить. В силу того, что, какое бы ни было надёжное оборудование, в условиях шах, всё непременно выходит из строя.

Так что каждая шахта — это не только добыча угля, проходчики, конвейеры и транспортёры, но ещё и целое подземное электроагрегатное царство.

Разобраться в котором, знать и мочь всё это ремонтировать — работа не из лёгких.

А вот это основной инструмент добычи угля — отбойный промышленный молоток.

Уголь, добытый с его помощью, в тех местах, куда тяжело добраться проходческому комбайну.

Грузят на такие вот подземные экскаваторы-погрузчики.

Происходит это вот так.

Как, видите, всё достаточно элементарно. Не вручную само собой разумеется породу ворочают, как это было ещё совсем сравнительно не так давно. Но, но, и не с полной механизацией процесса, которая в таком сложном деле, как разработка угля, возможно, легко неосуществима.

Уголь либо породу экскаватором выгружают на транспортерную ленту. А она, в собственную, очередь доставляет полезный груз уже на поверхность, для предстоящей отгрузки клиентам либо дополнительного обогащения.

Не смотря на то, что и лента также иногда выходит из строя — обрыв полотна транспортёра в шахте дело не редкое. Исходя из этого ремонтники залазают, ищут обстоятельства отказа, ремонтируют — и всё это в тесном пространстве шахтного оборудования. Зная, какие конкретно в том месте смогут быть узкие проходы — легко страно!

А это труба судьбы. Самая настоящая. По этому рукаву в забой подаётся воздушное пространство. Сломается компрессор, перегнётся где-нибудь труба — и всё, всем наступит кают. Либо труба! Так что за этим нехитрым агрегатом в шахте следят очень.

Работа в шахте не только пыльная, нечистая, но ещё и тяжёлая. В прямом смысле этого слова. Вот эта штуковина на фото — крепь для забоя, весит ого-го-го какое количество!

А тягать такие приходится довольно много и довольно часто — упрочнения пройденных разработок происходит неизменно.

Притом, схалтурить тут не окажется — от этих упоров, что поддерживают стенки и потолки забоя зависит сама жизнь шахтёров. Не редки случаи оседания сходу пара километров породы сходу — единомоментно пласт опускается так, что давлением людей кидает на пол и рвёт перепонки. А единственной гарантией выбраться из осевшего забоя есть лишь верно закреплённые поддерживающие элементы. Не смотря на то, что и они смогут не выдержать.

В общем, работа в шахте — это радостная работёнка.

Но не для всех. А лишь для настоящих мужиков!

Не убедил? Что ж. Тогда выкладываю последнюю фотографию, по окончании которой вы сходу осознаете, что шахтёр — это важная и жёсткая профессия! Шахтерский чай!

Ни больше, ни меньше.

Борются ли шахтеры Донбасса за свои права?


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: